banner
Май 28, 2022
88 Просмотров

Почему рубль во внешней торговле России не может вытеснить доллар и евро?


Модель валютной системы, существующая в РФ с 90-х годов ХХ века, сделать экономику России экономически сильной не способна

Призывы переходить в расчетах по внешней торговле России на рубли и национальные валюты партнёров я слышу уже многие годы. Но почему-то процесс «национализации» международных расчетов идёт очень медленно.

Обратимся к статистике Банка России. В 2013 году доля российского рубля в поступлениях от экспорта равнялась 10,2%. А по итогам 2022 года она увеличилась всего до 14,3%. Доля нашего рубля в перечислениях за импорт в 2013 году составляла 28,0%, а по итогам прошлого года она равнялась 27,9%. Имеет место топтание на месте под аккомпанемент непрерывных лозунгов об эмансипации от доллара США, евро, других резервных валют, эмитируемых ведущими странами коллективного Запада.

Помню, когда в 2014 году начались первые залпы санкционной войны Запада против России (в связи с вхождением Крыма в состав РФ), президент ВТБ Андрей Костин призвал ЦБ и правительство «немедленно» начинать переводить расчеты по внешней торговле в рубли. Спустя четыре года правительство разработало специальный план снижения зависимости страны от доллара, его замещения другими валютами, в первую очередь российским рублем. Задача была выполнена очень частично. В поступлениях от экспорта удалось понизить долю доллара США с 79,6% в 2013 году до 54,5% в 2021 году. Произошло оно почти исключительно за счет евро, доля которого за этот период времени выросла с 9,1% до 29,7%. А в перечислениях за импорт за период 2013-2021 гг. картина почти не изменилась: доля доллара США была 35,3%, а стала 35,8%. Доля евро была 31,5%, а стала 30,4%. Евро – такая же токсичная валюта, как и американский доллар. В конце февраля сего года Брюссель, не моргнув глазом, присоединился к санкциям Вашингтона и заморозил ту часть российских валютных резервов, которая состояла из евро.

В нынешней ситуации России можно надеяться только на собственный рубль и валюты, эмитируемые теми странами, которые находятся вне списка недружественных государств (китайский юань, индийская рупия, иранский риал, белорусский рубль, турецкая лира и др.). А с государствами, входящими в указанный список, мы должны торговать исключительно за рубли. В крайнем случае, за валюты дружественных нам государств.

Однако недружественные страны упираются и не желают с нами торговать за рубли. Большинство экспертов справедливо говорят, что причина такого нежелания – политическая. Европа – вассал Соединённых Штатов, которые заставляют Старый Свет участвовать в санкциях против России. Но отчасти причина и экономическая. И порой отказываются от расчетов в рублях с Россией не только недружественные, но и дружественные страны. В чём причина? Если коротко, это неустойчивость валютного курса российского рубля.

Стабильность и предсказуемость валютного курса национальной денежной единицы – ключевое условие стабильности экономики страны и доверия к этой денежной единице со стороны торгово-экономических партнеров.

Статья 75 Конституции РФ гласит: «1. Денежной единицей в Российской Федерации является рубль. Денежная эмиссия осуществляется исключительно Центральным банком Российской Федерации. Введение и эмиссия других денег в Российской Федерации не допускаются. 2. Защита и обеспечение устойчивости рубля основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти». Итак, на ЦБ возложена задача защиты и обеспечение устойчивости рубля. Речь идет об устойчивости рубля в двух аспектах: а) обеспечение устойчивости его покупательной способности на внутреннем рынке (т. е. недопущение инфляции или дефляции); б) поддержание стабильного курса рубля по отношению к другим валютам. Конечно, ЦБ не очень справлялся с выполнением задачи по обеспечению внутренней и внешней устойчивости рубля, но по крайней мере он признавал, что это действительно его ключевая задача.

Парадоксально, но именно в 2014 году, когда Запад начал вводить против России санкции, Центробанк в одностороннем порядке редуцировал возложенную на него Конституцией РФ основную задачу. Банк России заявил, что отныне будет заниматься исключительно «таргетированием инфляции» (между прочим, этот термин из лексикона Вашингтонского консенсуса). А от поддержания валютного курса рубля он самоустранился, заявив, что пускает рубль в «свободное плавание» и прекращает валютные интервенции, которые до этого применял для поддержания падающего курса рубля. Кончилось это плачевно: в декабре 2014 года произошел почти двукратный обвал курса рубля и всё было списано на валютных спекулянтов. Удар по экономике страны был сильнейший. И, кстати, Москва в 2014 году вела переговоры с Пекином на предмет более активного перехода во взаимных расчетах на национальные валюты – рубль и юань. Но все эти переговоры были перечеркнуты обвалом валютного курса рубля в конце года. Китайские партнеры отказались от более масштабного применения рубля как чрезмерно волатильной валюты.

Подобного рода обвала рубля до марта текущего года не повторялось, но волатильность рубля оставалась большой, что делало его менее привлекательной валютой, чем доллар США, евро и даже китайский юань. Кстати, Народный банк Китая (китайский Центробанк) достаточно эффективно управляет курсом юаня. По крайней мере пользователи юаня примерно представляют, как может меняться курс китайской валюте в кратко- и среднесрочной перспективе.

Санкционная война коллективного Запада спровоцировала сильное падение курса российского рубля: в марте он превысил уровень 120 рублей за доллар. Затем началось стремительное его укрепление. На 26 мая он уже укрепился до уровня 56,3 рубля за доллар США. Многие ошибочно считают, что это признак укрепления российской экономики. Нет, это признак ее неустойчивости. Валютные качели могут пойти в обратную сторону.

Почему-то у нас основные споры ведутся по вопросу, какой рубль нужен России: сильный (завышенный валютный курс) или слабый (заниженный курс). А главное, что нужно валютному курсу рубля, – стабильность и предсказуемость.

Та модель валютной системы, которая существовала в Российской Федерации с 90-х годов ХХ века, сделать экономику России экономически сильной не способна. Более того, она оказалась совершенно неприспособленной к условиям санкционной войны против России. Если мы договариваемся, что нам действительно нужно использовать рубль в расчетах по внешней торговле с другими странами, то нужно принять срочные меры по стабилизации его курса. Раньше (до 2014 года) Центробанк для этой цели накапливал валютные резервы. И в случае чрезмерного ослабления курса рубля проводил валютные интервенции, т. е. выбрасывал на рынок иностранную валюту из резервов. Такой механизм стабилизации валютного курса рубля является худшим из всех возможных. Он также из ассортимента Вашингтонского консенсуса. К тому же валютные резервы, как мы увидели три месяца назад, могут быть в любой момент заморожены.

В 1944 году на международной валютно-финансовой конференции в Бреттон-Вудсе ее участники (44 государства) договорились, что краеугольным камнем послевоенной валютной системы должны стать стабильные (фиксированные) курсы национальных денежных единиц. А для того чтобы поддерживать стабильность валют, страны должны управлять платёжными балансами. А для этого в первую очередь надо уметь управлять трансграничными потоками капитала, вводя при необходимости временные или постоянные ограничения и запреты на капитальные операции (вывоз и ввоз капитала). Во вторую очередь следует добиваться сбалансированности в сфере внешней торговли (примерное равенство экспорта и импорта).

Пока внятной валютной политики Банк России не озвучил. Трансграничное движение капитала с начала марта прекращено, но Банк России утверждает, что это временная мера. Со временем он обещает восстановить валютную либерализацию. И это будет возврат к той валютной системе, которая была создана по чертежам Вашингтонского консенсуса и которая лишала Россию экономической независимости.

Итак, России нужен стабильный рубль. Стабильный в двух аспектах. Вполне вероятно, что для этого нам потребуется рубль в двух ипостасях.

В первой ипостаси – внутренний, национальный рубль, который обслуживает все экономические отношения между физическими и юридическими лицами внутри России. На внутреннем рынке не должно быть ни инфляции, ни дефляции. Для этого надо обеспечивать равновесие между товарной и денежной массой. Без планирования такого баланса достичь невозможно.

Во второй ипостаси – внешний, валютный рубль, который обслуживает экономические отношения между Россией и другими государствами. Здесь валютный рубль должен быть устойчивым по отношению к другим валютам, здесь не должно быть ни девальвации (падения курса), ни ревальвации рубля (повышения курса). Чтобы достичь стабильности рубля во внешнем контуре, необходимо управлять платежным балансом страны.

Контур обращения валютного рубля сообщается с контуром обращения внутреннего рубля согласно строгим регламентам. Эти два контура не являются свободно сообщающимися сосудами. Такое разделение рубля на две ипостаси и два контура намного облегчит задачу поддержания стабильного курса рубля по отношению к другим валютам. Валютный рубль обменивается на внутренний рубль лишь для компаний, которые производят экспортный товар или осуществляют закупки по импорту. Цена валютного рубля на старте может быть равной цене внутреннего рубля. Но со временем их обмен может происходить в пропорции, отличной от пропорции 1:1. В любом случае на внутреннем рынке участники (физические и юридические лица) должны иметь дело со стабильным рублем и, следовательно, со стабильными ценами. Подстраиваться под внутренний рубль придется рублю валютному.

Предлагаемая схема предусматривает использование наработанного в советское время опыта взаимодействия СССР с остальным миром. Такое взаимодействие осуществлялось на основе государственной валютной монополии и государственной монополии внешней торговли.

Тогда, правда, не было деления рубля на внешний и внутренний. Во внутреннем денежном контуре обращался советский рубль как в наличной, так и безналичной форме. А во внешнем контуре использовались иностранные валюты, никакого специального валютного рубля не было. За внешний валютный контур тогда отвечал Банк для внешней торговли (Внешторгбанк – ВТБ). Он виртуозно работал с иностранными валютами. Тогда тоже были реальные угрозы заморозки ключевых иностранных валют, но советское государство иностранную валюту не накапливало. Иностранная валюта была инструментом мгновенного действия: она поступала от экспортеров советских товаров на счет ВТБ и тут же уходила на счет иностранного поставщика импортируемых нами товаров. Иногда перечисления иностранной валюты происходили без захода в ВТБ – с одного иностранного счета на другой.

Чтобы предлагаемый механизм работал как часы, поддерживая приток и отток валюты во внешнем контуре, необходимо строгое регулирование притока и оттока капитала и обеспечение сбалансированности внешней торговли. Это может достигаться путем разработки и утверждения планов товарного импорта, которые должны увязываться с планами развития внутренней экономики. А уже под планы товарного импорта следует разрабатывать планы экспорта. Таким образом мы избежим имевших на протяжении тридцати лет существования РФ перекосов во внешней торговле, когда экспорт хронически превышал импорт (в отдельные годы почти в два раза).

Полагаю, что во внешнем контуре, помимо валютного рубля, могут использоваться и валюты других государств, даже доллар США, евро и другие валюты, которые мы сегодня называем токсичными. Главное, чтобы не происходило их накопления. Они могут и должны быть инструментами мгновенного действия, обеспечивающими выполнение планов товарного экспорта и импорта.

Я лишь некоторыми штрихами обозначил контуры реформы, которая должна привести к созданию валютной системы, необходимой для построения сильной и суверенной экономики России.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.


Article Categories:
Политика

Добавить комментарий

133