banner
Окт 19, 2020
0 Просмотров

«Бардака меньше, но…». Опасен ли Шарм-эш-Шейх после гибели 224 россиян

Обозреватель «АиФ» лично проверил безопасность «воздушной гавани» на главном курорте Египта, и убедился — со времён теракта 2015 года ситуация там стала значительно лучше. Однако неистребимый восточный бардак по-прежнему сохраняется.

На входе в аэропорт Шарм-эш-Шейха проверяют распечатки билетов. Сначала их просматривает один полицейский, потом (уже в глубине зала) другой. Затем «просвечивание» — кладёшь рюкзак на ленту, снимаешь ремень, ботинки, вытаскиваешь из карманов металлические предметы. Сотрудники аэропорта просят тебя встать в позу актрисы Кейт Уинслет из «Титаника» (с широко распростёртыми руками), и тщательно обыскивают — мужчины мужчин, женщины женщин. Досматривают багаж — требуют открыть чемодан, и руками перебирают все вещи (это создаёт очереди, но люди ждут). Перед посадкой — новое «просвечивание», новый личный обыск, и новое перетряхивание ручной клади. Компьютеры-ноутбуки и любые подозрительные предметы проверяют газоанализаторами на наличие частиц взрывчатки. В «воздушной гавани» Каира учреждён специальный коридор для пассажиров на Москву, на борт не разрешают проносить даже воду, купленную в ресторанах зоны duty free. Безопасность в египетских аэропортах улучшилась, это видно невооружённым глазом.

«Меня девушка-полицейская с таким пристрастием обыскала — грудь трогала, живот... теперь она на мне женится должна, — шутит жительница Белгорода Ольга Краснова, вылетающая в Москву. — Зачем? Ведь ясно, я же совсем не террористка». Доля правды в этих словах есть. Бомбу, взорвавшую 31 октября 2015 года вылетевший из Шарм-эш-Шейха в Санкт-Петербург самолёт «Когалымавиа», на борт пронёс вовсе не пассажир. А сотрудник египетского аэропорта...

Билеты могут подорожать

В тот день погибли 224 пассажира и члена экипажа — самой младшей жертве было всего 10 месяцев от роду. Россия запретила чартерные полёты на египетские курорты, в результате чего количество путешественников резко сократилось. В 2014 году в Шарм-эш-Шейхе и Хургаде отдохнули на море 3 миллиона 300 тысяч наших туристов, в 2019-м — всего 150 тысяч, то есть, в 20 с лишним раз меньше. От отсутствия российских отдыхающих Египет теряет миллиарды долларов ежегодно, и власти пошли на ряд уступок. Ранее, я уже указывал — когда существовали авиарейсы между Египтом и Израилем, в египетских аэропортах работали офицеры израильских спецслужб. Они сами досматривали и интервьюировали пассажиров, проверяли готовый к полёту самолёт и обыскивали автобус, который вёз людей к трапу. С 2018 года такую же систему ввели в Каире для рейсов «Аэрофлота» — особый коридор плюс группа сотрудников службы безопасности «Шереметьево», взявших под контроль проверку пассажиров, салон авиалайнера и отсек багажа. Ну и конечно, теперь всю еду и напитки для рейса привозят из России — в Египте ничего не закупают. Египетское правительство обещает, что ту же систему применят и к полётам на курорты: правда, туры тогда станут стоить дороже.

Частые обыски служащих

Работает ли это? Сложно сказать. Да, досмотр серьёзно ужесточили. В то же время, по-прежнему сохраняются элементы бардака, и их я наблюдал лично. У одних пассажиров в аэропорту Шарм-эш-Шейха отбирают бутылки с водой, у других нет. К двум женщинам с пластиковыми пакетами, набитыми всякой всячиной, охранники интереса не проявили. Мой компьютер тщательно просканировали на предмет взрывчатки, а у пассажира из Саудовской Аравии на сумку с ноутбуком даже не посмотрели.

«Основная проблема в Египте — человеческий фактор, — заявил в беседе со мной на условиях анонимности сотрудник одной из российских спецслужб. — Правительство военное, „гайки завинтило“, но всегда остаётся шанс — человек будет работать „по-египетски“: отвлечётся, пропустит не глядя чемодан, кого-то не досмотрит, откроет дверь родственнику. Поэтому в аэропортах ввели электронные замки, не ленятся по нескольку раз в день обыскивать вышедших на улицу и вернувшихся обратно служащих аэропорта. Это особенно важно — бомбу заложил как раз служащий. Раньше такого не было — заходи, кто хочешь. Прогресс безусловно заметен — стало чётче и строже. Но едва вспоминаешь гибель 224 невинных людей, и сразу становится понятно — требуется, чтобы безопасность была идеальной».

Уклоняются от компенсаций

Имеется и другая проблема. Египет проводит собственное расследование катастрофы уже пять лет: за это время он так и не признал случившееся на рейсе 7K-9268 террористическим актом. Почему? Да ведь тогда правительству страны придётся заплатить немалую компенсацию семьям погибших граждан России — учитывая, что их убийство совершил египтянин.

До сих пор существуют две версии следственных органов, куда убийца закрепил бомбу: либо внизу одного из пассажирских кресел, замаскировав под банку с газировкой, либо в багажном отсеке — заранее пронёс пакет с взрывчаткой, а потом завалил сумками и чемоданами. Источник «АиФ» в российском МИДе считает: «Египет опасается, что официальное признание взрыва самолёта „Когалымавиа“ терактом повредит имиджу республики, выставит её крайне опасной для туристов. Поэтому и не спешит признавать факт того, что не доглядели и пропустили преступника. Мы используем в переговорах доступные методы объяснений, но это непросто — Египет сильное и самодостаточное государство, имеющее авторитет на международной арене. Они не хотят пугать туристов и лишиться большого количества иностранной валюты».

Отдых в кольце броневиков

В 2015 в Египте произошёл ещё один кровавый инцидент: местные военные перепутали туристический автобус близ ливийской границы с транспортом боевиков-исламистов, и нанесли по машине удар с вертолёта. Погибли 12 человек, в большинстве своём — отдыхающие из Мексики. Компенсации после долгих споров выплатили, но через благотворительные фонды: то бишь, государство вроде как к этому отношения не имеет.

Уже пять лет на севере Синайского полуострова (Шарм-эш-Шейх находится на юге) продолжаются бои с применением авиации (!) против отрядов террористов, присягнувших на верность «Исламскому государству»*. Справиться с боевиками не удаётся. «Что-то улучшилось?» — спрашиваю я водителя, везущего меня по дороге между красных гор Синая. «Нет, — отвечает он. — Война продолжается, многие наши бедуины ушли воевать за ИГ*».

Шарм-эш-Шейх окружён двойным кольцом войск с пулемётами и броневиками. На въезде в отели закреплены «шипы», чтобы не прорвалась машина террориста-смертника, полиция досматривает легковые автомобили (записывая данные водителя), на ресепшен — рамка металлоискателя, персонал гостиниц обыскивают ежедневно. Туристы стараются этих неприятностей не замечать: если тур стоит дёшево, рядом обалденно красивое море, недорогая вкусная еда и алкоголь, то проще забыть о факте, что неподалёку идут бои.

Объявляют мой рейс на Каир, пассажиры выстраиваются в очередь на посадку: их билеты проверяют дважды. Родственники погибших во время взрыва рейса «Когалымавиа» выступают против возобновления полётов на курорты Египта, пока им не будут выплачены компенсации. И тут я их позицию прекрасно понимаю. Да, Египет уже давно стал «всероссийской здравницей», и миллионы наших людей с небольшим семейным бюджетом лишились хорошего и дешёвого отдыха: а уж в Сочи и Крыму с них и рады три шкуры содрать. Но естественно, безопасность граждан России в стране с такой обстановкой — на первом месте. Я искренне надеюсь, что Египет ещё лучше укрепит безопасность в аэропортах, а главное — наконец признает свою вину за теракт на рейсе 7К-9268, и заплатит семьям жертв достойные компенсации. Только так в этом вопросе будет правильно и честно.


*Организация запрещена в РФ.

Категоря новостей:
Политика
banner

Добавить комментарий


The maximum upload file size: 1 ГБ.
You can upload: image, audio, video, document, spreadsheet, interactive, text, archive, code, other.
Links to YouTube, Facebook, Twitter and other services inserted in the comment text will be automatically embedded.